В этом году Всероссийский фестиваль НАУКА 0+ отмечает свое «совершеннолетие» - 18 лет. 6 октября в Фундаментальной библиотеке МГУ состоялось торжественное открытие фестиваля, на котором ректор МГУ имени М.В. Ломоносова, академик РАН Виктор Антонович Садовничий выступил с лекцией «Океан науки. Твое полное погружение». Он подробно рассказал о достижениях в таких науках как физиология и медицина, физика и химия, отмеченных Нобелевскими премиями.
©Анна Плис / Журналист Online
В области физиологии и медицины Нобелевскую премию за открытия, позволившие разработать эффективные мРНК-вакцины против COVID-19, получили Каталин Карико из Венгрии и Дрю Вайсман из США. Они разработали технологии доставки генов на основе мРНК, упакованных в липидную оболочку. Вакцинировать человека можно не только белками, но и генами, которые кодируют белки. На это организм реагирует образованием антител, а они нейтрализуют вирус.
Однако, по словам Виктора Антоновича, существует и другая технология по созданию вакцин против коронавируса. Она основывается на векторах аденовирусов и создана в России в НИИ имени Гамалеи, его возглавляет выпускник биологического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова академик Александр Леонидович Гинцбург. Президиум Академии наук был единодушен в том, что именно Гинцбург заслуживает Нобелевской премии по созданию вакцины от коронавируса, так как ученые уверены, что аденовирусная технология лучше — при том же результате наблюдается меньше побочных эффектов.
"Аденовирус используется в качестве вектора для доставки шипиков: за счет безобидного транспортера мы доставляем в клетку провокатор, который вызывает реакцию — выработку антител. И это гораздо безопаснее для человека, поскольку он привык к аденовирусу и заражается им даже при гриппе", - рассказал ректор.
Многие считают, что вакцина по методу мРНК до конца не испытана и представляет опасность. Виктор Антонович Садовничий лично разговаривал с учеными, которые утверждают, что если у мРНК и будет преимущество, то только для создания вакцин против онкологических заболеваний. Поэтому академик убежден, что эту Нобелевскую премию должен был получить и Гинцбург.
©Анна Плис / Журналист Online
Нобелевскую премию по физике за исследование методов генерации аттосекундных световых импульсов для изучения динамики электронов в веществе в 2023 году получили Пьер Агостини из США, Ференц Краус из Германии и Анн Л’Юилье из Швеции.
Сверхкороткие световые импульсы — инструмент для исследования и управления быстропротекающих физических, химических, биологических процессов. Достижения в области лазерной физики в конце прошлого века позволили получить световые импульсы длительностью несколько фемтосекунд. Аттосекунды же в тысячу раз меньше фемтосекунд. Период обращения электрона составляет 180 аттосекунд, и на этом масштабе происходит эволюция состояния электрона в атомы и твердые тела. Поэтому аттосекундных прибор очень важен.
Нобелевской премией отмечено создание авторами инструмента — генератора, лазера — стабильных одиночных импульсов аттосекундной длтельности для исследования быстропротекающих процессов в физике, химии, биологии. Эта работа открывает новые пути в управлении электронами и создании устройств на новых физических принципах.
В МГУ имени М.В. Ломоносова давно ведутся исследования в области генерации аттосекундных импульсов. Сотрудники Московского университета Е.Е. Серебрянников и А.А. Воронин опубликовали серию важных работ в этом направлении. Они соавторы ряда научных статей с Нобелевскими лауреатами, которые в этом году получили премию.
В филиале МГУ в Сарове учатся магистры по программе «Экстремальные электромагнитные поля, релятивистская плазма и аттосекундная физика». Там планируется создание лаборатории аттосекундной физики. Курирует это направление известный ученый, академик, бывший президент РАН Александр Михайлович Сергеев.
© Анна Плис / Журналист Online
Лауреатами Нобелевской премии по химии за открытие и исследование квантовых точек стали работающие в США ученые Алексей Екимов, выходец из СССР, Луис Брюс и Мунги Бавенди. Квантовые точки — это нанометровые (размером в одну миллиардную часть метра) полупроводниковые кусочки кристаллов. Открыл их в 1981 году Алексей Екимов, выпускник физического факультета Ленинградского университета, работал он тогда в НПО ГОИ им. Вавилова.
Он синтезировал эти кристаллики из хлорида меди и заметил, что в зависимости от размера частиц стекло поглощает свет с разной длиной волны: размер влияет на свойства. Он опубликовал статью в советском журнале на русском языке, и об этом в научном мире долго никто не знал. Через два года Луис Брюс с коллегами из Лаборатории Белла, не зная об открытии Екимова, обнаружил подобный эффект, работая с коллоидным раствором наночастиц сульфида кадмия.
Мунги Бавенди разработал со своими коллегами удобный способ синтеза мелкодисперсных частиц раствором квантовых точек и нужного размера. Так, квантовые точки при одинаковом химическом составе обладают разными свойствами в зависимости от размера. И могут при внешнем воздействии испускать свет определенной длины, то есть разного цвета. Они используются для создания светоизлучающих устройств, получения светового сигнала в экранах мониторов. И их потенциал еще далеко не исчерпан.
Заметна тенденция: в центре внимания ученых проблемы микромира, который сам по себе представляет океан неизведанного. Другая тенденция — Нобелевская премия по химии присуждена за открытие квантовых эффектов, что говорит о том, что наука едина, а ее разделение на отдельные дисциплины — это результат нашей мыслительной деятельности. Мы разделяем ее для удобства, но природа едина, она не устроена по направлениям.
Именно современный университет, в котором представлены все науки, помогает благодаря междисциплинарности формировать целостное научное мировоззрение и совершать научные прорывы не только в разных областях науки, но и на стыке этих наук.
