Спектакль «Хочу на дачу» связывает совершенно разные идеи в единую постановку, было выбрано общее место действия – дача. Получилось музыкально-, танцевально-, декламационное попурри, которое соединяет под дачной крышей произведения Антона Чехова, Виктора Розова и Бориса Вахтина, песни Петра Налича, Алексея Рыбникова и группы «Адо» и стихотворения Александра Блока, Арсения Тарковского, Бориса Рыжего и Али Кудряшевой. Ко всему этому примешивается искренний энтузиазм актеров и находчивая сценография – и вот на сцене настоящая ода безоглядной молодости, любви и полноте жизни.
©Чингиз Алисултанов / Журналист Online
Уставший городский работник едет в отпуск на дачу и, вопреки своим ожиданиям, попадает в веселую компанию девушек, полных радости жизни, плещущей через край энергии и непреодолимо жаждущих любви. На протяжении спектакля они исполняют русские народные песни и танцы в техно-аранжировке и с современными хореографическими элементами, передавая всю прелесть свободной и ничем не отягощенной поры девичества, когда естественно следуешь внутреннему зову. Эти песни и танцы создают раскаленную атмосферу ожидания вспышки, взрыва, невыносимого томления по любви.
Беззаботное и жаркое лето – лучшее время, а привольная сельская местность – лучшее «место действия» для такого чувства, как любовь. Здесь словно все готово и все готовы для ее созревания, все располагает к ее зарождению, и действительно – любовь в спектакле переживает каждый. Лунные встречи влюбленных под говорящим чучелом, чьи обыденные разговоры под покровом опустившейся ночи приобретают масштабы философского обобщения, беседы друзей, таких непохожих друг на друга, но тоже все говорящих о любви, объяснения возлюбленных, стрекот кузнечиков, сияние луны – пространство сцены, человеческих душ переполнено любовью или намекает на любовь.
Опьяненный этой любовью, приехавший на дачу работник (а зрители вместе с ним) погружается в мир абсолютной идиллии, «dolce far niente» на русский лад, «сладкого ничегонеделания», когда нет вечных дел, не кружишься в центрифуге привычной суеты, когда освобождаешь сознание и отдаешь себя теплому потоку летних дней, когда вкусно и сытно ешь, пьешь кофе, купаешься в речке, читаешь… Такая идиллия – будто родом из гоголевских произведений. Может, это и есть естественное, необходимое состояние человека, состояние, которое его достойно?
В спектакле звучат и вопросы смерти, мимолетности времени, безвозвратности прошлого, придавая постановке немного трогательного и ностальгичного минора, но всегда эти вопросы решаются в оптимистичном ключе – «на свете смерти нет. Бессмертны все. Бессмертно все» (А. Тарковский), и от нас что-то да остается, как минимум – «только пар, только белое в синем, голубое и белое в си…» (Б. Рыжий). Облака – останутся от нас и останутся с нами, обещает Борис Рыжий. Как красиво они летят над головой.
