Степан Калмыков: «Мы ищем остатки ракетного топлива»

Предыдущая статья Следующая статья

Декан химического факультета МГУ Степан Калмыков дает свой прогноз восстановления экосистемы Камчатки

Сразу же после того, как вся страна узнала об экологической катастрофе на Камчатке, химический факультет МГУ имени М.В. Ломоносова предложил помощь в выяснении причин бедствия. Декан химического факультета Степан Калмыков в интервью газете «Журналист» делится первыми версиями произошедшего и дает свой прогноз восстановится ли экосистема океана.  ​

©Анна Ермакова / газета "Журналист"

Степан Николаевич, почему химический факультет выступил с инициативой включиться в поиск причин загрязнения Тихого океана на Камчатке и какова роль ученых МГУ в этом резонансном исследовании? 

Камчатка – это и уникальный природный заповедник, и место паломничества туристов, которые хотят прикоснуться к первозданной природе. Конечно, учитывая серьезность возникшей проблемы, мы не могли остаться в стороне. Руководство Камчатского края приняло нашу помощь и передало нам часть проб: донные осадки, воду, умерщвленные живые организмы. Сейчас вовсю идут исследования хроматографическими и масс-спектрометрическими методами (прим. «Журналиста»: методы изучения, которые определяют концентрацию различных компонентов в смесях). Это трудоемкий процесс и длится он как минимум неделю. Выделить потенциально отравляющие вещества из пробы – все равно что найти иголку в стоге сена.

Как только мы получим результаты анализов, приступим к еще более сложному и ответственному этапу – интерпретации этих результатов. Естественно, этим будут заниматься ученые самого высокого класса, имеющие безукоризненную научную репутацию.

В конце сентября жители Камчатки заметили, что с Тихим океаном происходит что-то странное. Серферы, посещавшие Халактырский пляж, стали получать отравления и химические ожоги роговицы глаз. 29 сентября произошел шторм и на берег были выброшены тысячи мертвых морских животных. Уже на протяжении нескольких недель ученые проводят исследования на полуострове, но причина поражения экосистемы океана до сих пор не установлена.

Вылетели ли химики МГУ непосредственно на место катастрофы?

Ученые химфака сейчас нужнее в лабораториях. На побережье работают наши коллеги из Дальневосточного федерального университета и из Всероссийского общества охраны природы. Кстати, директор Школы естественных наук ДФВУ, которая ведет отбор проб – наш выпускник Иван Гундарович Тананаев. 

Выделить потенциально отравляющие вещества из пробы – все равно что найти иголку в стоге сена.

Как Вы оцениваете уже известные результаты анализов?

Ученые обнаружили в воде превышение фенолов и нефтепродуктов. Но я сомневаюсь, что именно они стали причиной такой глобальной экологической проблемы. Вещества превышают норму всего в два-три раза и не могут стать причиной гибели стольких организмов. Для этого уровень фенолов и нефтепродуктов нужно превысить в десятки раз. Скорее всего, здесь что-то другое.

Техногенное заражение или природное?

Я скептически отношусь к тому, что это природные катаклизмы. К таким масштабам могли привести отравляющие вещества, но вряд ли это нефтепродукты и фенолы. 

Мы ищем что-то более тонкое, например, гептил – ракетное топливо. Но в воде гептил быстро разлагается, именно его обнаружить невозможно. Поэтому мы ищем продукты, которые образуются при попадании гептила в воду. Видимо, эта версия подтверждается – мы регистрируем продукты окисления гептила в воде в эпицентре происшествия, однако уже за 100 км от эпицентра концентрации этих веществ определить их не удается.

Как Вы считаете, возможно ли будет восстановить пораженную часть океана?

Безусловно, да. Природа склонна к самовосстановлению. А если говорить конкретно о токсикантах (прим. «Журналиста»: вредные вещества, произведенные искусственно), они постепенно окисляются, природа сама их приводит в некое состояние равновесия, которое ей характерно. Но скорость зависит от объема загрязнения.

Пока мы получили мало сведений, поэтому предположить, как быстро Камчатка восстановится, сложно. Это займет много времени, но не десятилетия. Вода очистится достаточно быстро, но животным, которые жили там раньше, еще нужно будет мигрировать на побережье Камчатки из других областей.

Предположить, как быстро Камчатка восстановится, сложно. Это займет много времени, но не десятилетия.

Для химфака МГУ это же не первый опыт исследования экологических катаклизмов?

Увы, мы имеем обширный опыт работы с масштабными загрязнениями. Самый свежий пример – ситуация в Норильске (прим. «Журналиста»: 29 мая 2020 года там произошел разлив дизельного топлива). Сейчас наши научные сотрудники находятся в большой экспедиции по северным морям, изучают влияние разлитых нефтепродуктов, отбирают пробы. 

Как Вы полагаете, что нужно сделать, чтобы сократить число экологических бедствий?

В России необходимо создать федеральную карту загрязнений, которые могут быть потенциальными угрозами для окружающей среды. Мы должны адекватно представлять, какие предприятия могут отрицательно влиять на экологию и оценивать все риски возможных загрязнений и риски для предприятий получить значительные штрафы.

А что касается Камчатки, то в таких заповедных местах должен быть постоянный и детальный мониторинг, систематический отбор проб.

11.11.2020
"Ломоносов" - конференция молодых!
Корреспондент "Журналиста Online" поучаствовал в секции "Журналистика"
26.11.2020
"То, где тебя трясет — твоя зона роста"
Предприниматель Евгения Савельева о том, как важно делать ошибки и постоянно учиться новому
08.07.2020
Все дороги ведут... в Зоопарк!
Корреспондент “Журналиста Online” узнала о жизни обитателей зоопарка после отмены самоизоляции
12.08.2020
Пошазамим на YouTube?
Как достичь отметки в 1 миллион подписчиков за год, а также о хейте и славе “в тени” рассказал ведущий и автор шоу “Пошазамим”